Деловой совет по
сотрудничеству с Индией
Зарегистрируйся 

Посол Индии в России в гостях у радиостанции «Эхо Москвы»

9 Апр 2015

Карина Орлова

― Здравствуйте! Это программа «На 2-х стульях». Меня зовут Карина Орлова. И мы находимся в резиденции посла… Нет, не в резиденции. В посольстве Индии в России и в гостях у посла Индии в России, у Пунди Шринивасана Рагхавана. Господин посол, здравствуйте!

Пунди Шринивасан Рагхаван

― Здравствуйте! Очень приятно походить с Вами.

К. Орлова

― Ну, господин посол на самом деле довольно хорошо говорит по-русски и понимает русский язык, но интервью мы будем все равно проводить на английском. Господин посол, первый вопрос у меня: правда ли, что индусы никогда не говорят «нет»? Что вместо «нет», они используют «может быть», «я попробую» и так далее?

П. Ш. Рагхаван

― Позвольте сперва прямо ответить на Ваш вопрос. Нет. Не правильно было бы сказать, что индийцы не говорят «нет» или не знают, как сказать «нет». Но также в Индии социальные обычаи очень разнятся в зависимости от района страны. Поэтому в разных частях страны люди говорят «нет» по-разному. В некоторых частях страны люди говорят «нет», а просто предлагают альтернативу. В других частях страны люди говорят «нет», задавая вопрос. В других местах люди просто молчат или улыбаются. И поэтому вы знаете, что они хотят сказать «нет». А в других местах они прямо говорят «нет».

К. Орлова

― Господин посол, а Вы откуда? Из какой части Индии?

П. Ш. Рагхаван

― Это очень трудный вопрос, поскольку семья моя происходит с юга Индии. Я родился на востоке Индии, а большей частью получил образование в западной и северной части Индии. Поэтому я не типичен для какого-то конкретного региона Индии.

К. Орлова

― То есть Вы умеете говорить «нет» по-разному? Молчанием, улыбкой, может быть и твердое нет.

П. Ш. Рагхаван

― Ну, я также жил в различных частях мира, поэтому научился брать пример в этих районах тоже. Одно должен сказать… Но в дипломатии, Вы знаете, надо говорить «нет», когда Вы хотите сказать «нет». В дипломатии это очень важно. Неправильно полагать, что дипломаты никогда не говорят «нет», стараются, так сказать, угодить как-то. Если Вы хотите сказать «нет», надо сказать «нет», чтобы другая сторона знала, что Вы говорите «нет».

 

К. Орлова

― Господин посол, Вы меня удивили, если честно, потому что я была ровно противоположного мнения о дипломатии, и мне казалось, что наоборот, хороший дипломат тот, кто умеет сказать «нет» так, чтобы никто не понял этого. А это я совсем ошибалась или, может быть, это какие-то старые методы дипломатии так?

П. Ш. Рагхаван

― Я пытаюсь, что сказать? Надо говорить «нет» приятно. Вам надо говорить «нет» так, чтобы не противостоять как-то прямо другому человеку. Но если другая сторона в переговорах уходит, не поняв, что Вы говорите «нет», то Вы создаете недопонимание на будущее. Всегда другая сторона в переговорах должна четко понимать хотите ли Вы сказать «да» или «нет». Иначе Вы закладываете основу для недопонимания.

К. Орлова

― А вот что касается не дипломатии, а вообще Вашей повседневной жизни, бывало ли так, что Вы сами не понимали, что Вам хочет сказать житель какой-то другой части Индии, чем в той, в которой Вы находитесь? Ну, то есть Вы сами уже не понимаете, это нет или не нет.

П. Ш. Рагхаван

― Это возможно, как я вам говорил. Культура разная. Это так в различных культурных областях Индии, между другими культурами Индии и другими странами. И поэтому когда люди уезжают из своей страны в другую страну, чтобы жить там, они должны получить определенное образование, чтобы понимать культуру этой страны. Очень простой пример приведу. Это было бы более ясно, если бы мы были на телевидении, а не на радио. На юге Индии, в некоторых частях Индии, например, когда люди говорят «да», они не кивают головой, как это делаете вы, они качают, покачивают головой из стороны в сторону. А если вы на юге Индии находитесь, вы сразу понимаете, что он хочет сказать «да». А если вы с севера Индии, то вы можете подумать, что он говорит «нет». Поэтому такое недопонимание, которое имеет место даже в Индии. Надо понимать обычаи, культуру региона.

К. Орлова

― А еще про язык жестов. Правда ли, что в Индии ни в коем случае нельзя трогать человека за голову, даже если вы теребите волосы ребенку? Вот такое прочитала, это что-то… Какой-то миф.

П. Ш. Рагхаван

― Я не знаю о такой проблеме. И люди касаются головы ребенка, и во многих местах это как бы благословение даже, так же как на западе. Кто-то вам кланяется, вы дотрагиваетесь до его головы. Это благословение, которое более пожилой человек дает молодому человеку.

К. Орлова

― Господин посол, а правда, что вот про индусов еще говорят, что они всегда очень спешат, но никогда при этом не успевают вовремя? Можете ли Вы это подтвердить в частности на своем примере?

П. Ш. Рагхаван

― Это все стереотипы. Для разных людей разные стереотипы. И очень много шуток в отношении людей, которые приходят вовремя и опаздывают. Нельзя все под одну гребенку обо всех индийцах говорить. То есть это больше миллиарда людей. И я уже говорил, что различная культура, различные обычаи в различных частях страны. Но я Вам расскажу, почему такая репутация возникла о том, что индийцы медленно все делают или не успевают вовремя. Мы сельскохозяйственная страна и пережили очень длинный период недостаточного развития и бедности. Наши крестьяне работали в очень сложных условиях. И очень тяжелые климатические условия. Поэтому им трудно было быстро работать в течение длительного времени. Легко сказать, что они лентяи. Но таковы условия их работы. Это ограничивало скорость, с которой они работали. Отсюда возникло такое представление, что индийский крестьянин ленив, а отсюда уже и дальше, что индийцы все ленивые. Вот так стереотипы возникают.

К. Орлова

― Господин посол, давайте тогда не про стереотипы, а про правду. Знали ли Вы, что индийские домохозяйки в совокупности владеют 11 процентами мировых запасов золота? Я не знаю, как это посчитали, но об этом везде пишут. И любое издание, которое дает какую-то информацию статистическую об Индии, ее культуре и обычаях… Вот вопрос: как много золота мужчина должен дарить своей жене, женщине в течение жизни? Сколько килограммов?

П. Ш. Рагхаван

― 1-я часть совершенно верна. Я не знаю, конечно, статистики, сколько приходится на душу населения золота в Индии, но хорошо известно, что спрос на золото очень высок в Индии. В каждой семье золотые украшения считаются абсолютно необходимыми. И такие золотые украшения передаются по наследству от матери к дочери, к внучке и так далее. Во время свадьбы невесте преподносится украшение. Кроме того золото – это не только в Индии, а и в других странах так происходит, золото рассматривается как хорошая форма инвестиций. И если вы хотите, чтоб ваши инвестиции росли, то надо хранить золото, потому что вы знаете, что цена на золото будет расти.

К. Орлова

― А как часто… О! Извините. Как часто Вы дарите золотые украшения своей жене?

П. Ш. Рагхаван

― Это трудный вопрос, поскольку моя жена не из Индии. Сегодня в наше время она индийская гражданка, но по происхождению она из Европы.

К. Орлова

― Но Вы-то из Индии.

П. Ш. Рагхаван

― Поэтому мне не пришлось ей дарить никакого золота.

К. Орлова

― Ну, хорошо.

П. Ш. Рагхаван

― Помимо вот только золотого обручального кольца, которое есть у меня и у нее.

К. Орлова

― Ну, а вот Ваши друзья, например, знакомые, я не знаю, сотрудники посольства? Просто мне интересно, насколько это действительно вот много физически. Сколько это? Мешок? Или кольцо раз в месяц? Или там подвеска?

П. Ш. Рагхаван

― Фактически ведь не муж дарит золото своей жене. Золото является частью свадебной церемонии. И обычно золото дарится как украшение. Браслеты, ожерелья, кольца. И обычно дарятся семьей невесты. Это не мужчина дарит золото женщине.

К. Орлова

― Вот оно как. Скажите, пожалуйста, а что ценнее для женщины в Индии: тоненькое золотое кольцо с большим бриллиантом или толстый-толстый золотой браслет без каких-либо камней.

П. Ш. Рагхаван

― Это от каждой отдельной женщины зависит. Я предпочитаю большое кольцо с большими бриллиантами.

К. Орлова

― Господин посол, а еще…

П. Ш. Рагхаван

― Но вообще-то среди индийских женщин, должен сказать, больше, чем кольцо они ценят. Вы можете иметь поэтому большие бриллианты в толстой золотой оправе.

К. Орлова

― Господин посол, я также прочитала, что зачастую на свадьбу родители невесты тратят больше, чем на ее образование. Ну, то есть вот какие-то огромные суммы денег тратятся на свадьбу. Но у меня-то был вопрос к Вам, он и есть. Вот Вы, поскольку Ваша жена из Европы, устраивали ли Вы пышную свадьбу сами? Или, не знаю, как это происходило у Вас?

П. Ш. Рагхаван

― Во-первых, Вы сказали, что больше тратится на свадьбу, чем на образование. Да, вообще на свадьбу тратится очень много. И столько не приходится тратить на образование, поскольку образование довольно дешевое в Индии. Поэтому это сравнение, в общем, не очень уместно. Но лично обо мне говоря, должен сказать, что когда у нас была свадьба, она была очень простая. Честно, я не считаю, что надо столько денег тратить на свадьбу. Но это мое личное мнение.

К. Орлова

― Плохая инвестиция.

П. Ш. Рагхаван

― К счастью, моя жена со мной согласна.

К. Орлова

― А вот Вы знаете, я еще прочитала, что в Бенгалуру, если я правильно произношу, был такой случай, когда подготовленная уже свадьба полностью практически была отменена после того, как семья невесты подала на ужин семье жениха, ну, ужин какой-то до свадьбы, бериане из курицы вместо бериане из баранины. Не смотря на то, что бериане является традиционным свадебным блюдом, неправильно выбранное мясо было расценено как оскорбление, привело к драке и отмене свадьбы. Это вот можно сказать, такое вообще возможно? Или это просто кто-то придумал?

П. Ш. Рагхаван

― Такого рода истории – это, конечно, дар Божий для средств массовой информации, потому что если такая история у Вас, ну, Вы может и действительно сенсацию… Да, такое сообщение, наверное, было. Но это нечто такое, что совершенно необычно и выходит из рамок… из ряда вон. Вообще-то насколько я понимаю, дело было так, что девушка сказала, что я за него замуж не пойду, потому что семья этого парня очень много шуму подняла в отношении этого блюда и мяса. Поэтому девушка сказала, что если они мне будут столько трудностей чинить еще до свадьбы, то как же они будут ко мне относиться уже после свадьбы. Поэтому в конце концов свадьбу отменили. Но это случается один раз в миллион случаев. Необычный случай очень.

К. Орлова

― Господин посол, Вы никогда не работали адвокатом? И по образованию Вы случайно не юрист? Это было потрясающе. Вы совершенно перевернули эту историю. И ведь очень похоже на правду.

П. Ш. Рагхаван

― Позвольте сказать, мое образование очень далеко было от юридического. Я физику изучал и электронику, и связь.

К. Орлова

― А давайте тогда сразу поговорим про то, почему все… Опять я прочитала, стереотип это или нет, в Индии, конечно, считается очень успешным и престижным работать в госсекторе. Вот Вы окончив… Давайте я перечислю. Вы окончили колледж святого Стефана университета Дели по специальности физика. Затем Индийский институт наук по специальности инженер электроники и коммуникаций. А вот Вы когда заканчивали или поступали в университет, Вы тоже хотели работать именно на правительство?

П. Ш. Рагхаван

― Я, в общем-то, попал в дипломаты по ошибке. Я, в общем-то, после того, как закончил образование, занимался научно-исследовательской работой в области электроники. Я познакомился с некоторыми дипломатами и услышал от них такое, что меня, в общем, привлекло. Ну, я также познакомился со служащими, которые работали в администрации, во внутренней администрации. У нас есть национальные конкурсные экзамены для служащих. Это очень конкурсные экзамены, поскольку сотни тысяч людей принимают участие. Я, в общем-то, написал этот экзамен для того, чтобы посмотреть, не смогу ли я работать во внутренней администрации. Но в своем заявлении я в качестве 1-го выбора дипломатическую карьеру указал, а потом уже, так сказать, внутренние учреждения. И это было из обычного какого-то обсуждения, которое имело место с друзьями. Потом когда я увидел результаты своего экзамена, я выяснил, что меня отобрали для дипломатической карьеры. И я, в общем-то, поступил на работу дипломатическую. Это было случайно.

К. Орлова

― Через год после окончания университета.

П. Ш. Рагхаван

― Ну, я, в общем, не сожалению. Я очень рад этому.

К. Орлова

― А какая была 1-я должность, которую Вы получили в индийском МИДе?

П. Ш. Рагхаван

― Первая моя работа была как раз в посольстве Индии в Москве.

К. Орлова

― Да Вы что!

П. Ш. Рагхаван

― В 79―м году я на дипломатическую службу поступил. Мы проходим подготовку 2-летнюю для того, чтобы, так сказать, привыкнуть к этой службе. Поэтому мое первое задание, первая моя работа была в 81-м году в качестве 3-го секретаря посольства Индии в Москве. Я начал с комнаты, которая находится на 1-м этаже здесь, недалеко от этого места, где мы сидим. Ну, в общем, понадобилось где-то 34 года, чтобы подняться в этот кабинет.

К. Орлова

― А скажите, пожалуйста, а 3-й секретарь, вот он… что он делает? Это самая низкая должность? Ну, начальная?

П. Ш. Рагхаван

― Это 1-й дипломатический ранг. Есть еще также административный, вспомогательный персонал. Но на дипломатическом уровне, когда вы становитесь служащим дипломатическим, это 1-й дипломатический пост, который вы получаете.

К. Орлова

― А как изменилось посольство внутри? Я же так понимаю, это оно и есть. С тех – да, – советских пор ничего не поменялось, я имею в виду месторасположение в Москве. А внутри что-то поменялось? Или вот Вы когда вернулись уже в статусе посла в Россию, Вы увидели: ой, все другое или ой, все такое же?

П. Ш. Рагхаван

― Могу и так, и так сказать. Конечно, внутренняя отделка посольства очень улучшилась. Но в таком историческом здании как это, если посмотреть в этом зале, за последние 35 лет здесь ничего не менялось в этом зале.

К. Орлова

― Ну, я так думаю, немножко диваны все-таки новые, телевизор плазменный.

П. Ш. Рагхаван

― Это все какие-то вспомогательные вещи. В реальности это здание, двери, потолок… Это впечатляющее здание, оно так и осталось.

К. Орлова

― А вот портрет Махатмы Ганди, он здесь был тогда, 34 года назад?

П. Ш. Рагхаван

― Наверное, нет. Нет, вот эти картины, которые здесь, их, в общем-то, не было. Были другие картинки, висели.

К. Орлова

― А Вы знаете, что Ганди имеет большое значение для российского Президента? Помните цитату… слова Владимира Путина, который сказал, что…

П. Ш. Рагхаван

― Да, я слышал слова Президента, потому что их опубликовывали довольно широко. Да, об этом часто писали. Ну, он неоднократно выражал свое уважение и восхищение Махатмой Ганди.

К. Орлова

― Да, но я сейчас просто для наших слушателей, если вдруг кто-то забыл, напомню для слушателей, что Владимир Путин сказал, что после смерти Махатмы Ганди и поговорить-то ему, Владимиру Путину, не с кем больше. Это программа «На 2-х стульях». Мы разговариваем, находимся в посольстве Индии в Москве. Разговариваем с господином послом. Господин посол, давайте чуть-чуть вернемся назад в Индию. Я вот такой факт интересный прочитала, что в Индии существует так называемая банда Гулаби – группа женщин, которые в случае обращения со стороны других женщин, бьют вениками мужчин, которые плохо себя ведут с женщинами. И численность этой банды Гулаби насчитывает 270 тысяч женщин в Индии. Это… ну, как бы это много. И о них есть даже статья в «Википедии». То есть это серьезно какая-то существующая организация, о которой все знают? Вы, например, слышали о ней? И что это вообще такое?

П. Ш. Рагхаван

― Это группа женщин, которая считала, что необходимо заставить мужчин понимать, что надо по-человечески относиться к женщинам. Конечно, они получили популярность, потому что они одевались по-особому, и веники вот у них были тоже. Но неправильно было бы сказать, что они избивали мужчин. Они просто очень старались заставить мужчин понимать правила поведения. Они пытались убеждать и доводы приводить вместо того, чтобы использовать палки и веники. Но когда мужчины, так сказать, проявляли насилие, они, в общем, эффективно вениками пользовались действительно. Ну, конечно, много есть групп аналогичных женщин, которые занимаются тем же, но не получили такой известности как эта группа. Но я думаю, что сумма… что 2 700 человек…

К. Орлова

― 270.

П. Ш. Рагхаван

― 270 тысяч человек – это действительно правда. Это четверть миллиона, значит.

К. Орлова

― Вот я хотела сказать…

П. Ш. Рагхаван

― Для Индии это немного.

К. Орлова

― … для Индии это, наверное, не много. А Вы знаете хотя бы один пример, не знаю, там семьи какой-то, куда бы вот эти женщины, ну, где-то бы они защищали права других женщин? Знаете ли Вы хотя бы одного мужчину, который был побит этим веником или напуган?

П. Ш. Рагхаван

― Об этом сообщалось…

К. Орлова

― Нет, но Вы лично знаете такие примеры? Вот может быть Ваши знакомые знакомых или там… Нет?

П. Ш. Рагхаван

― Эта группа находится в конкретной части Индии. Уттар Прадеш. К северу от Дели. Это конкретный регион. Это не по свей Индии. Вот почему я говорю, что 270 тысяч – это, в общем, навряд ли.

К. Орлова

― Это программа «На 2-х стульях». И мы продолжим через несколько минут.

*****

К. Орлова

― Мы продолжаем программу «На 2-х стульях». Меня зовут Карина Орлова. И мы находимся в посольстве Индии. И в гостях программы «На 2-х стульях» сегодня посол Индии в России Пунди Шринивасан Рагхаван. Господин посол, здравствуйте еще раз!

П. Ш. Рагхаван

― Здравствуйте!

К. Орлова

― А вот еще тогда про фильмы индийские. Любите ли Вы сами болливудские фильмы? Вы знаете, наверное, что в Советском Союзе, ну, после советских фильмов это были самые-самые любимые фильмы. Я даже знаю, знакомая нашей семьи, мамина подруга, она до сих пор смотрит индийские фильмы, когда их показывают по телевизору, все те же самые, и плачет. Вот как Вы относитесь, например, к фильму «Зита и Гита»? Это хит абсолютный советский.

П. Ш. Рагхаван

― Ну, когда Вы говорите людям, что Вы знаете фильм «Зита и Гита», и этот фильм Вам нравится, то Вы как бы сообщаете о своем возрасте. Это фильм, относящийся к конкретной эпохе. Я знаю, что в Советском Союзе, например, Радж Капур был очень популярен. Но Вы, наверное, не знаете. Ваши, наверное, только дедушка и бабушка знали. Вы, наверное, слышали о нем.

К. Орлова

― Да.

П. Ш. Рагхаван

― Болливид, конечно, – это крупная отрасль, это крупнейшая, конечно, киноиндустрия в мире по числу лент, которые они выпускают.

К. Орлова

― Нет, не Голливуд.

П. Ш. Рагхаван

― Голливуд больше всего зарабатывает с финансовой…

К. Орлова

― Вы знаете, какая крупнейшая киностудия? Нолливуд. Нигерийская… Да, Нолливуд. Из Нигерии. Я сама страшно удивилась, когда прочитала. Я была уверена, что Болливуд – крупнейшая как бы киноиндустрия в мире. Нет.

П. Ш. Рагхаван

― Вы посмотрите на число зрителей. Число зрителей, кинозрителей. Это ведь не только Индия, но и индийцы, которые живут во всем мире. И не только индийцы, но и в других странах мира, например, в России. Не только индийцы смотрят в России. В Германии есть круглосуточный канал в Германии, который болливудские фильмы показывает. Да, да. То есть это крупная промышленность. Мы не хотим тут соперничать ни с кем, конечно. Это кроме тог стало средством не только развлекательным, но и социального воспитания средством, потому что Болливуд сейчас имеет далеко идущие связи. Люди пытаются это использовать для того, чтобы посылать социальные сигналы. Поэтому есть крупный жанр болливудских фильмов, которые имеют социальную значимость.

К. Орлова

― А Вы-то сами любите болливудское кино? И вообще если говорить о кино, какое кино Вам нравится? Я поняла.

П. Ш. Рагхаван

― Я пытался избежать ответа на этот вопрос, потому что я не смотрю фильмы Болливуда. Раньше, конечно, смотрел, когда был молодой. Но последние 35-40 лет я вообще фильмы…

К. Орлова

― Вообще никакие?

П. Ш. Рагхаван

― Вообще. В целом не смотрю кино.

К. Орлова

― А вот я все равно Вас спрошу, хоть Вы и не видели, но интересная история случилась в Индии. Об этом написали российские СМИ. Окей, я узнала об этом случайно. В декабре прошлого года в индийский прокат вышла болливудская комедия «ПиКей». Картина стала самой кассовой в истории Болливуда, заработав в начале января 65 миллионов долларов. Но на улицы Дели, Мумбая и других городов, на улицы вышли толпы протестующих с требованием запретить «ПиКей» как позорящий Индию. Во главе протеста стоят представители религиозных партий и групп. Ну, там смысл в том, что как бы такая сатира на индийское общество, хотя снят фильм, ну, как бы в Индии с индийскими актерами, очень известными, кстати, популярными. Но Вы, я так понимаю, не видели этот фильм?

П. Ш. Рагхаван

― Нет, я не видел этого фильма. Но моя семья видела. Жена видела. Я, конечно, знаю о нем. Столько писалось об этом, столько говорилось. Но я уже раньше говорил, что Болливуд стал таким средством, которым посылаются социальные сигналы путем… Иногда передаются индивидуальные точки зрения, иногда карикатурное какое-то описание. И, конечно, обязательно, когда говоришь о населении в миллиард 200 миллионов… 300 миллионов человек, кого-то это и оскорбит. Ну, если Вы говорите, что несколько тысяч человек протестовали. Ну, так что же? Это вполне понятно. Вот режиссер хотел какой-то сигнал подать. Многие с ним согласились. Многие считали, что это карикатура, хотя и предназначалось как позитивный сигнал. А другие считали, что это неуважение.

К. Орлова

― Ну, вот Ваша семья, Ваша жена, вот они посмотрели. Ну, Вы же как-то с ними все равно, может быть, обсуждали. Вот они посчитали этот фильм неуважительным по отношению к индийским… индийскому обществу?

П. Ш. Рагхаван

― Я и моя семья, мы, в общем, уважаем право людей на самовыражение. И когда вы что-то хотите доказать, можно сделать это грубо, а можно сделать это мягко. Ну, поэтому не надо на это обращать внимание как бы на то, от чего следует отказаться.

К. Орлова

― Я сейчас объясню, господин посол, почему я так прицепилась к этому фильму «ПиКей». Вот ровно потому, что в конце 2014 года, точнее в начале этого года в российский прокат с трудом очень вышел фильм «Левиафан», против которого были устроены… Да, Вы знаете, слышали. Вы не смотрели этот фильм. Но против этого фильма были устроены, ну, просто настоящие гонения, причем там с использование… выступали там и депутаты, и чиновники. Ну, вот как Вы считаете, может художественное произведение опозорить страну в целом? Вот не какую-то группу людей. Понятно, что всегда найдутся. И стоит ли запрещать вообще художественные произведения?

П. Ш. Рагхаван

― Думаю, мой ответ такой же как то, что я сказал про индийский фильм «ПиКей». Это художник что-то хотел сказать, послать какой-то сигнал зрителям. Некоторые рассматривали это как сигнал критически относящийся к обществу или политики, а другие просто рассматривали это как художественный прием. Я то же самое скажу. Поэтому если что-то делается с художественной значимостью, это всегда вызовет серьезную реакцию с обеих сторон. Если не вызывает никаких чувств, то тогда художник не выполнил поставленную перед ним задачу.

К. Орлова

― Господин посол, тогда перейдем плавно уже к Вашему путешествию в статусе посла по миру. Вот Вы работали… В статусе дипломата. Вы работали в Южной Африке, в Праге, в Дублине. Теперь в России. Вот как Вы считаете, по менталитету ближе к индусам кто? Жители ЮАР, чехи, ирландцы или русские? Где Вам было комфортнее всего себя чувствовать?

П. Ш. Рагхаван

― Очень трудный вопрос опять же. Вообще если подумать, люди везде одинаковые. Конечно, обычаи разные. Потому, ну, это все объясняется их историей и географией. Когда говоришь о менталитете народа, я бы хотел скорее коснуться того, как взаимодействовать с людьми. Ну, и со всеми этими людьми было очень интересно взаимодействовать, это Вы упомянули Ирландию и Чешскую республику, и Россию, в качестве индийца. И по-разному, но индийский народ имел тесные связи со всеми этими странами.

К. Орлова

― Да, да, конечно.

П. Ш. Рагхаван

― Вы знаете, конечно, что с Россией наши культурные связи имеют многовековую историю. И есть такие чувства, когда индийцы чувствуют себя как дома в России, а русские себя чувствуют как дома в Индии. С Чехословакией, с Чешской республикой у нас были такие же тесные отношения, когда они входили в советский блок. Много было связей взаимных между Индией и Чехословакией. И если поедите в Индию, Вы увидите целый ряд промышленных предприятий, которые были совместно созданы советскими и чехословацкими… На следующей неделе к нам приезжает делегация из Индии с предприятия, которое было совместно создано российскими и чешскими учеными. Они приезжают в Россию для того, чтобы обсудить вопросы модернизации. Потом едут в Чехию для того, чтобы обсудить модернизацию. У нас имеется длинная история и послужной список тесных отношений. С Ирландией… А когда британцы владычествовали в Индии, большая часть их солдат, учителей, гражданских служащих были ирландцами. Скорее не большинство, но многие. Они лучше приспосабливались к условиях жизни в Индии, чем британцы. Они много работ проделали в Индии, очень много исследований по Индии. Ирландский народ – большой друг Индии. Когда туда поедешь, они говорили: «А! Вы посол Индии. У меня дедушка работал в Индии или дядя работал в Индии». С личной точки зрения я очень хорошо провел время, когда работал во всех 3-х этих странах. А я тут не то, чтобы дипломатически… Ну, и, конечно, работа здесь, в Вашей стране очень многое, очень фантасти… хорошо для меня, не потому, что была культурная близость. Не только поэтому. Но так же и потому, что у нас такой широкий спектр совместной деятельности и отношений. Даже когда говоришь о совершенно разных вещах, все равно очень хорошо.

К. Орлова

― Господин посол, а вот если практическую сторону брать, например, вот из перечисленных четырех стран, в какой самая хорошая, лучшая индийская кухня, индийские рестораны? Ну, например, известно, что самые лучшие итальянские рестораны за пределами, конечно же, самой Италии в Москве. Ну, вот такая вот статистика неформальная. А что касается индийских ресторанов, думаю, что в Ирландии они достаточно хорошие. Нет?

П. Ш. Рагхаван

― В Лондоне самые лучшие индийские рестораны за пределами… Ну, в Лондоне 3 тысячи индийских ресторанов.

К. Орлова

― Да.

П. Ш. Рагхаван

― Люди говорят об индийских ресторанах. Но в Индии очень-очень много разных кухонь. К сожалению, в большинстве случаев, когда говорят об индийской кухни, думают о цыпленке Тандури и аналогичные такие. Это лишь кухня из одной части северной Индии. В разных частях страны совершенно другая кухня, другие специи, другие, так сказать, ингредиенты для готовки используются. Но вот в Лондоне можно найти кухню любой части Индии. В большинстве стран мира, когда говоришь о Москве, Ирландии, Чешской республике, в основном там такая кухня, которая, в общем-то, не является индийской кухней. Это со времен Могольской династии, которая управляла Индией, Великих Моголов. Это кухня того времени, той области. Поэтому многие и считают, что это индийская кухня. В Москве, по-моему, 4 или 5 индийских ресторанов. Может быть, в одном ресторане «Дарбарс» там есть южная индийская кухня, но в целом это не индийская кухня.

К. Орлова

― А какая Ваша самая…

 

П. Ш. Рагхаван

― Это северная, северо-индийская.

К. Орлова

― А какая Ваша самая любимая кухня из Индии? Из какой части? И что это за блюдо?

П. Ш. Рагхаван

― Я уже говорил Вам в начале, что я как бы корнями ухожу в разные части Индии. Но моя любимая кухня – это южноиндийская кухня. Это как раз кухня, которая характерна для нашей семьи. Это место откуда первоначально мы родом. Она также более здоровая, мне кажется, чем большинство других кухонь. Меньше жира. Но в некоторых частях Индии много очень используется перец Чили. Это острые блюда. Поэтому вот в той части, например, откуда я родом, считается, что вы проявляете большее гостеприимство, если используете больше перца Чили. Поэтому если гости у вас страдают, у них слезы текут, то это вы тогда проявляете гостеприимство. Но мы решили все-таки такое гостеприимство не проявлять.

К. Орлова

― Спасибо большое. Господин посол, а еще манго. Правда же, это является национальным фруктом Индии? И вот в стране Вашей растет несколько сотен видов манго, из которых около 30 являются съедобными. И как говорят, что у каждого жителя Индии есть свой любимый сорт, вид манго, и поэтому вопросу даже случаются диспуты. Правда ли это? И если да, то какой любимый сорт манго у Вас? У нас в России, Вы знаете, можно найти только вот плоский тайский манго, желтый, то, что называется, и что-то из Бразилии. Это вообще не очень вкусно.

П. Ш. Рагхаван

― Да, действительно очень много сортов манго. И очень многие очень вкусные. Я вырос в западной Индии, в штате Гуджарат. Там есть замечательное манго, которое называется «Альфонсо». Апур. Местный апурс. Это из одного района, называемого Бальзари в Кудра. Я считаю, что это самый вкусный сорт манго. Но многие со мной не согласятся. Есть еще в северной Индии такой сорт как «Лангра». Многие считают, что это король манго. Ну, и в южной Индии есть и другие сорта, которые и выглядят, и по вкусу другие.

К. Орлова

― И тогда последний вопрос. В Вашей биографии указано, что… В биографии на сайте посольства указано, что Вы увлекаетесь чтением. Вот что Вы любите читать? Да, да. Чтение. Какой у Вас любимый русский писатель? Наверняка он должен быть. И что бы Вы посоветовали почитать из индийских писателей современных или классиков?

П. Ш. Рагхаван

― Я много, конечно, литературных произведений русских прочитал. Но, к сожалению, только по-английски. А это не очень хороший способ знакомства с литературой. Я знаком с русской литературой старой, современной, так сказать. Толстой, Горький, Солженицын, Набоков. Много авторов. И каждый, конечно, отражает и свое собственное общество, свое время, свою эпоху. Но с философской точки зрения, глубины философской я, конечно, скажу Толстой с моей точки зрения. Это ведь от сути зависит, а не от языка. Конечно, по-другому воспринимается литература, когда читаешь на своем собственном языке.

К. Орлова

― А вот все, что я знаю об индийской литературе, к своему стыду, но я знаю хотя бы что-то, я читала книгу «Белый тигр» Аравинда Адиги, если я правильно произношу. Он, между прочим, букеровский лауреат 2008 года. Читали ли Вы его? И…

П. Ш. Рагхаван

― Да, я читал.

К. Орлова

― Давайте.

П. Ш. Рагхаван

― Вместо того, чтобы Вы мне задавали вопросы, я сам должен задать Вам вопрос. Почему из всех книг, которые есть в Индии, Вы выбрали только эту?

К. Орлова

― Потому, что я прочитала литературную рецензию на него. И мне она понравилась. И это было в каком-то хорошем журнале. По-моему, даже в журнале «Афиша», и было сказано, что это хорошая… Да, да. Букер. Да. В 2008 году.

П. Ш. Рагхаван

― В 2008. Это то же самое, что Вы сказали про «ПиКей» и «Левиафана». Тут автор пытается очень резкими формулировками вывести злобу, которая имеется в обществе. Его идея, так сказать, обратить внимание на зло, которое существует в индийском обществе. Делает это он очень резко, мне кажется. Но это стиль. Если вы хотите, чтобы на вас обратили внимание, надо преувеличивать, надо делать карикатурные изображения. Вот что я и думаю об этом.

К. Орлова

― Спасибо большое, господин посол. Это была программа «На 2-х стульях». В студии программы был посол Индии в России Пунди Шринивасан Рагхаван. На этом мы заканчиваем. Спасибо большое. До свидания!

П. Ш. Рагхаван

― Спасибо.

Источник: «Эхо Москвы»

Посол РФ: никому не дано вбить клин в дружбу России и Индии
Возврат к списку
Возможности для сближения российского и индийского бизнеса